Под Знаком Исцеления - Ник О`Донохью

— Это было своего рода повышение квалификации, — ответила Бидж, отводя глаза. — Мне это здорово помогло. Моя работа теперь как раз очень похожа на ту практику.

— Ну, для ветеринаров, работающих в обычных условиях, в этом мало проку. Для Дэйва, наверное, тоже. Он тебе пишет? Извини, это бестактный вопрос, — закончила Стаей глубокомысленно. — Он никогда не пишет и не звонит девушкам — потом.

— Мне жаль, что тебе пришлось в этом убедиться, — серьезно сказала Бидж. Стаей возмущенно вытаращила на нее глаза, но Бидж продолжала: — А где ты работаешь?

— В Норфолке. — Это прозвучало с хорошо отработанной небрежностью. — В фирме три ветеринара, и мы обслуживаем только ближайшие окрестности. Знаешь, — сказала Стаей, словно открывая великую истину, — главное — это чтобы фирма была в подходящем месте. Ты не поверишь, как процветает наш бизнес. По большей части мы имеем дело с домашними любимцами, а в случае чего-то серьезного — под боком клиника. — Стаей сказала, пародируя западновиргинский выговор: — «Отправьте эту кошечку на тот свет».

Несколько оказавшихся рядом покупателей, всю жизнь проживших в Западной Виргинии и говоривших именно с таким выговором, оглянулись на нее.

Бидж почувствовала себя неловко и попыталась закрыть эту тему:

— Значит, твоя работа тебе нравится?

— «Нравится»? — Стаей расхохоталась. — Мне иногда хочется себя ущипнуть — не снится ли мне это? Только четыре месяца прошло, а мой доход уже перевалил за тридцать семь тысяч. Курци — это доктор Курцвейлер — говорит, что через несколько лет я смогу купить партнерство в фирме. — Стаей вежливо поинтересовалась: — А как дела у тебя? Где, говоришь, ты работаешь?

— В горах, сразу за границей Джефферсоновского национального парка. Там такой замечательный народ! Стаей нахмурилась:

— Это же самые нищие округа. Как тебе удается хоть что-то там зарабатывать?

— В некоторых отношениях опыт такой работы — на вес золота.

— Трудно поверить. И сколько же твой босс тебе платит?

— У меня собственное дело, — улыбнулась Бидж. Ей было приятно видеть растерянность на лице Стаей.

— Правда, я живу в том же доме, где веду прием, — признала Бидж. — Пока доход не очень велик, но я многому научилась. — Она засмеялась. — Основная трудность — это как определять гонорар.

Стаей поморщилась:

— Понятно. Ты еще одна благотворительница, вроде Анни Тэйлор. Ну, ты хоть в Африку не потащилась, а у нее прямо страсть жить среди паразитов и дизентерии.

Бидж про себя отдала должное Стаей: за две минуты разговора та сумела между делом облить грязью всех ее самых близких студенческих друзей.

Не переводя дыхания, Стаей продолжала:

— Она даже более странная, чем Диди Паррис. И как это Диди удалось найти работу: ведь вроде бы она оказалась наркоманкой?

Прежде чем ответить, Бидж огляделась по сторонам.

— У нее при анализе в крови нашли морфий, — осторожно сказала она. — И у нее в квартире оказались шприцы и ампулы из аптеки колледжа, а также другие вещи, которые она украла.

— Да, верно. И еще она несла какой-то бред о говорящих животных и оборотнях. Я вспомнила: она крала книги и прочее, чтобы заработать деньги на зелье, правильно?

— Нет. Наркотики она тоже воровала, помнишь? Мне кажется, она воровала, потому что не могла удержаться, а может быть, не видела в этом греха. — Бидж помолчала, потом добавила: — Стаей, пожалуй, не стоит о ней говорить. Я советовала бы тебе этой темы не касаться.

Стаей озадаченно посмотрела на Бидж:

— Конечно, если тебе это неприятно. Ты всегда была хорошей, не то что я… — Она снова переменила тему. — И как твоя квалификация? Принесла тебе та повторная практика пользу?

— Я обязана ей жизнью, — чистосердечно ответила Бидж.

— Вот и хорошо. Видит Бог, мне-то все мои навыки необходимы. Знаешь, что случилось у меня в прошлом месяце?

Бидж вздохнула. На лице Стаей была написана одержимость — такое выражение Бидж видела у рыбаков, повествующих о пойманной во-о-от такой рыбе.

— Представляешь себе, в понедельник, в пять тридцать, когда я уже собралась идти домой и переодеваться перед свиданием, является такая жуткая тетка и притаскивает тощего старого кота. Этот доходяга только и знал, что орал, пока я его смотрела. Я и говорю: чудненько, это у него КМС.

КМС расшифровывался как кошачий мочекаменный синдром — закупорка мочеиспускательного канала, типичное — и часто фатальное — заболевание котов. — Так что я быстренько привязала его к столу и стала щупать мочевой пузырь. У этого засранца, ты не поверишь, он был размером с теннисный мяч. Я ввела ему катетер, и тут он как выдаст — такую лужу напрудил! Моча пополам с кровью, очень похоже на томатный сок.

Пожилой джентльмен рядом, протянувший руку за банкой томатного супа, скривился и поставил банку обратно.

— Мне случалось видеть такое, — пробормотала Бидж, оттесняя Стаей в сторонку.

— Ну вот, на следующее утро я все объясняю хозяйке кота, расписываю, как необходима промежностная уретростомия, и все такое. Она говорит — ладно, заодно и охолостите его. — Стаей была так же увлечена своим рассказом, как бейсбольный болельщик — перечислением выигранных любимой командой матчей. — Я вкатила ему обезболивающее, кастрировала его, сделала промежностную уретростомию — все как в учебнике, ни сучка ни задоринки.

Проходивший мимо студент поморщился. Бидж поспешно предложила:

— Давай будем разговаривать, пока я выбираю себе остальные покупки, — и быстро покатила тележку вперед. Стаей остановить было не так-то легко.

— Потом я отправила его в послеоперационную палату — ну, как обычно. Шов выглядел прелестно — ни покраснения, ни воспаления, но только слизистые стали бледные как воск, и этот проклятущий кот все отказывался и есть, и пить.

Бидж кивнула и постаралась поскорее миновать группу покупателей у мясного прилавка. Вряд ли им пришлись бы по вкусу хирургические подробности.

— Тебе пришлось снова его оперировать?

— Не сразу. — Стаей наслаждалась рассказом. — Но на третий день я уже просто не знала, что делать.

Ты бы только видела меня тогда. Совершенно нормальный кот, только где-то у него кровотечение. Я и говорю лаборантке, значит: «Что, Господи Иисусе, творится с этим говенным котом?»

Оказавшийся рядом карапуз бросил на Стаей восхищенный взгляд. Бидж снова пришлось вмешаться:

— Мне нужно кое-что из деликатесов, — и она быстро покатила свою тележку подальше от ребенка.

— А я все думаю: неужели я проглядела какой-то сосуд? Я была абсолютно уверена, что все их перевязала. Я перерыла все свои книги, мозги себе вывихнула, и знаешь, что в конце концов сообразила?